Книги в электронном варианте скачать бесплатно. Новинки

Скачать бесплатно книги в библиотеке booksss.org

расширенный список авторов: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
A B C D E F G H I j K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Главная
Бизнес
Интернет
Юмор
Психология
Разное
Как читать скачанную книгу?

Поиски Аверроэса

Автор(ы):Хорхе Борхес

Аннотация книги


Мифология, философия, религия – таковы главные темы включенных в книгу эссе, новелл и стихов выдающегося аргентинского писателя и мыслителя Хорхе Луиса Борхеса (1899 – 1986). Большинство было впервые опубликовано на русском языке в 1992 г. в данном сборнике, который переиздается по многочисленным просьбам читателей.

Книга рассчитана на всех интересующихся историей культуры, философии, религии.



Скачать книгу 'Поиски Аверроэса' Хорхе Борхес

Скачивание книги недоступно!!!




Читать первые страницы книги

Хорхе Луис Борхес

Поиски Аверроэса

S'imaginant que la tragеdie n'est autre chose que l'art de louer [1].

Эрнест Ренан, «Аверроэс», 48 (1861)

Абу-ль-Валид Мухаммед ибн Ахмет ибн Мухаммед ибн Рушд (целый век шло это длинное имя к Аверроэсу через Бенраиста и Авенриса, и даже через Абен-Рассада и Филиуса Росадиса) писал одиннадцатую главу трактата «Тахафут-уль-Тахафут» («Опровержение Опровержения»), в котором утверждается, вопреки мнению персидского аскета Газали, автора «Тахафут-уль-Фаласифа» («Опровержение философов»), что божеству ведомы лишь общие законы вселенной, то, что касается видов, а не индивидуума. Писал он с неспешной уверенностью, справа налево; строя силлогизмы и соединяя звеньями длинные абзацы, он все время чувствовал, как дыхание благоденствия вокруг себя, свой прохладный и просторный дом. В недрах сиесты хрипло ворковали влюбленные голуби, из невидимого патио подымалось журчание фонтана, и Аверроэс, чьи предки были уроженцами аравийских пустынь, всей плотью своей ощущал благодарность за присутствие воды. Ниже располагались сады и уэрта; еще ниже – неуемный Гвадалквивир, а дальше – любимый город Кордова, столь же светлый, как Багдад или Эль-Каир, город, подобный сложному и утонченному музыкальному инструменту, а вокруг (это Аверроэс тоже чувствовал) простиралась до горизонта земля Испании, на которой не так-то много всего, но зато каждая вещь расположилась прочно и навеки.

Перо бежало по странице, доводы цеплялись один за другой, доводы неопровержимые, однако блаженное состояние Аверроэса омрачала одна небольшая забота. Причиной был не «Тахафут», труд, в общем, случайный, но проблема из области филологии, связанная с монументальным произведением, которое должно было оправдать его бытие перед человечеством, – то был комментарий к Аристотелю. Этот грек, источник всяческой философии, был ниспослан людям, дабы научить их всему, что только возможно знать: истолковать его книги, как улемы [2] толкуют Коран, было нелегкой целью Аверроэса. История знает не много таких прекрасных и возвышенных фактов, как этот подвиг врача-араба, посвятившего себя мыслям человека, от которого его отделяли четырнадцать веков; к трудностям существа дела надо добавить то, что Аверроэс, не знавший сирийского и греческого языков, работал над переводом перевода. Накануне работу остановили два неясных ему слова в начале «Поэтики» [3]. Этими словами были «трагедия» и «комедия». Он встречал их много лет тому назад в третьей книге «Риторики»; никто в областях ислама не мог догадаться, что они означают. Тщетно листал он страницы Александра Афродисийского, тщетно сличал версии несторианина Хунайна ибн-Исхака и Абу Бишра Матты. Два этих загадочных слова испещряли текст «Поэтики», опустить их было невозможно.

Аверроэс отложил перо. Сказав себе (без особой уверенности), что мы часто ищем то, что рядом лежит, он спрятал рукопись «Тахафута» и подошел к полкам, где стояли переписанные персидскими каллиграфами многочисленные тома «Мохкама» слепого Ибн Сиды. Смешно было думать, там он, конечно, справлялся, однако его соблазнило праздное удовольствие вновь полистать эти тома. От этого ученого развлечения его отвлекли звуки как бы напева. Он поглядел через зарешеченный балкон – внизу, в маленьком немощеном патио играли несколько полуголых мальчиков. Один из них, стоя на плечах у другого, явно подражал муэдзину: крепко зажмурив глаза, он распевал «Нет Бога, кроме Аллаха». Тот, что поддерживал его, стоял неподвижно, изображая минарет; третий, на коленях, ползал в пыли, представляя собрание верующих. Игра быстро прекратилась – каждый хотел быть муэдзином, и никто – верующим или башней. Аверроэс слышал, как они спорили на «грубом» наречии, то есть на возникающем испанском языке мусульманских плебеев полуострова. Он раскрыл «Китах уль айн» [4] Халиля и с гордостью подумал, что во всей Кордове (а возможно, и во всем Аль-Андалусе) нет другой копии совершенного творения, кроме вот этой, подаренной ему эмиром Якубом аль-Мансуром в Танжере. Название гавани напомнило ему, что нынче вечером путешественник Абу-ль-Касим аль-Ашри, возвратившийся из Марокко, будет вместе с ним ужинать у Фараджа, знатока Корана. Абу-ль-Касим рассказывал, что он достиг областей империи Син (то есть Китая); его враги, с той особой логикой, какую порождает ненависть, клялись, что нога его не ступала на землю Китая, но также – что в храмах той страны он хулил Аллаха. Встреча, несомненно, продлится несколько часов, и Аверроэс поспешно взялся снова за «Тахафут». Трудился он до самых сумерек.

Беседа у Фараджа перешла от несравненных добродетелей правителя к добродетелям его брата-эмира, затем, уже в саду, заговорили о розах. Абу-ль-Касим, на них и не взглянув, клялся, что нет роз лучше тех, которые украшают андалусские виллы. Фарадж не дал себя смутить – он заметил, что ученый Ибн Кутайба описывает замечательную разновидность вечноцветущей розы, растущей в садах Индостана, ярко-красные лепестки которой образуют буквы, гласящие: «Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммад пророк Его». Он прибавил, что Абу-ль-Касим, наверно, видел эти розы. Абу-ль-Касим взглянул на него с тревогой. Если ответить «да», все справедливо сочтут его бессовестным и наглым обманщиком; если ответить «нет», сочтут безбожником. Он предпочел пробормотать, что, мол, ключи от всех тайн у Господа и нет на земле ничего, ни увядшего, ни зеленого, что не было бы записано в Его Книге. Слова эти, взятые из одной из первых сур, были встречены почтительным шепотом. Возгордясь победой своего хитроумия, Абу-ль-Касим прибавил, что Господь в своих творениях совершенен и непостижим. Тогда Аверроэс, предвосхищая будущие рассуждения еще не родившегося Юма [5], заявил:

– Мне легче допустить наличие ошибки у ученого ибн Кутайбы или у переписчиков, чем допустить, что земля порождает розы с символом веры.

– Именно так. Великие и справедливые слова, – молвил Абу-ль-Касим.

– Один путешественник, – вспомнил поэт Абд аль-Малик [6], – говорит о древе, плоды которого – зеленые птицы. Мне куда легче поверить этому, чем в розы с буквами.

– Возможно, тут цвет птиц, – сказал Аверроэс, – способствует чуду. Кроме того, плоды и птицы принадлежат к миру природы, а письмо – это искусство. Перейти от листьев к птицам легче, чем от роз к буквам.

Кто-то из гостей с негодованием отверг эту мысль, будто письмо есть искусство, ибо оригинал Корана – «Мать Книги» – предшествовал созданию мира и хранится на небесах. Еще один гость упомянул Джахиза из Басры, сказавшего, что Коран – это субстанция, способная принять форму человека или животного, каковое мнение как будто согласуется с мнением тех, кто приписывает Корану два лица. Фарадж принялся многословно излагать ортодоксальную точку зрения. Коран (сказал он) – это один из атрибутов Бога, подобно Его милосердию; Коран записывают в книгу, его произносят языком, его запоминают сердцем – речь и знаки письма суть творения людей, но Коран неизменен и вечен. Аверроэс, написавший комментарий к «Республике» [7], мог бы сказать, что «Мать Книги» – это как бы ее платоническая идея, но он увидел, что богословие – предмет, для Абу-ль-Касима вовсе недоступный.

Прочие гости, также это подметившие, пристали к Абу-ль-Касиму с просьбой поведать о какой-нибудь диковине. В те времена, как и в нынешние, мир был жесток: путешествовать по нему могли смельчаки, но также негодяи, готовые на все. Память Абу-ль-Касима была как бы зеркалом его душевной робости. Что он мог рассказать? Вдобавок они требуют диковин, а диковинное разве удастся поведать другому? Луна Бенгалии не похожа на луну Йемена, хотя ее можно описать теми же словами. Абу-ль-Касим помедлил, потом начал.

– Человек, посещающий разные края и города, – вкрадчиво заговорил он, – видит многое, достойное упоминания. Вот, например, история, о которой я рассказывал только один раз султану турков. Она произошла в Син Калане (Кантоне), где Река Жизни впадает в море.

Фарадж спросил, на сколько лиг удален этот город от стены, которую Искандер Зул-Карнайн (Двурогий Александр Македонский) воздвиг, дабы преградить путь Гогу и Магогу [8].

– Она отделена от города пустыней, – сказал Абу-ль-Касим с невольным высокомерием. – Сорок дней надобно идти кафиле (каравану), чтобы увидеть вдали ее башни, и, говорят, еще столько же, чтобы до нее добраться. В Син Калане я не знал ни одного человека, который бы видел ее или видел человека, который ее видел.

Страх перед чудовищной бесконечностью, перед голым пространством, перед голой материей на мгновение прохватил Аверроэса. Он оглядел симметрично устроенный сад и почувствовал себя постаревшим, бесполезным, нереальным. Абу-ль-Касим продолжал:

– Однажды вечером мусульманские купцы в Син Калане повели меня в дом из раскрашенного дерева, в котором находилось много народу. Описать этот дом невозможно – это, скорее, была одна большая зала с рядами галерей или балконов, расположенных один над другим. Люди, сидя на этих балконах, ели и пили, то же самое делали люди внизу, на полу, и на каком-то возвышении, вроде террасы. Люди на террасе били в барабаны и играли на лютнях, кроме пятнадцати или двадцати человек – эти были в красных масках, – которые молились, пели и разговаривали. Они страдали в оковах, но тюрьмы не было видно; скакали верхом, но лошадей не было; сражались, но мечи были из тростника; умирали, а потом вставали на ноги.

– Поступки умалишенных, – сказал Фарадж, – превосходят воображение разумного человека.

– Они не были умалишенными, – пришлось Абу-ль-Касиму пояснить. – Как сказал мне один из купцов, они изображали какую-то историю.

Никто не понял, никто, видимо, и не пытался понять. Абу-ль-Касим, смущенный, перешел от спокойного рассказа к дерзким рассуждениям. Размахивая руками, он заговорил снова:

Книгу Хорхе Борхес Поиски Аверроэса скачать бесплатно,

Другие произведения авторов/автора



Книга небес и ада
Книга вымышленных существ
Вещие зеркала
Тайное чудо
Фунес, Помнящий
Память Шекспира
Юг
Алеф
Утопия усталого человека
Всемирная история низости
Книга песка
Обсуждение
Новые расследования
Коллекция (Сборник рассказов)
Алгорифма
Диск
Другой
Сан-Мартинская Тетрадь
Предисловия
Предисловия
Стихотворения
Вавилонская библиотека
Тлён, Укбар, Orbis Tertius
Киносценарии: Окраина. Рай для правоверных
Шесть загадок дона Исидро Пароди
Шесть загадок дона Исидро Пароди
Хроники Бустоса Домека
Киносценарии: Окраина. Рай для правоверных
Шесть загадок дона Исидро Пароди
Тайнопись
Луна напротив
Порука
Семь вечеров
Сообщение Броуди (сборник)
Оправдание лже-Василида
Паскаль
Бескорыстный убийца Билл Харриган
Неучтивый церемониймейстер Котсуке-но-Суке
Аватары черепахи
Преступных дел мастер Манк Истмен
Мужчина из Розового кафе
Вдова Чинга, пиратка
Логическая машина Раймунда Луллия
Everything and Nothing
От некто к никто
Беспардонный лжец Том Кастро
Хаким из Мерва, красильщик в маске
Оправдание каббалы
Две памятные фантазии
Праздник чудовища
Образцовое убийство
Новая встреча. Неизданные беседы
Встреча
Думая вслух
Книга сновидений (антология)
Жестокий освободитель Лазарус Морель
Пьер Менар, автор «Дон Кихота»
Стена и книги
Одна из последних версий реальности
Смерть и буссоль
Сад, где ветвятся дорожки
Сон Колриджа
Выдумки
Сад расходящихся тропок
Книга вымышленных существ
Письмена Бога
Лотерея в Вавилоне
Страсть к Буэнос-Айресу
Вавилонская библиотека
Роза Парацельса
История ночи
Сокровенная роза
Атлас
Создатель
Хвала тьме
Железная монета
История вечности
Золото тигров (сборник)
Круги руин
Страсть к Буэнос-Айресу (Стихи)
Заир
25 августа 1983 года (сборник, 1983 год)
Девять эссе о Данте
Argumentum ornitologium
Искушение
Абрамович
Аргентинский писатель и традиция
Молитва
Авелино Арредондо
Несколько слов по поводу (или вокруг) Бернарда Шоу
О «Ватеке» Уильяма Бекфорда
Новое опровержение времени
Об Оскаре Уайлде
О дубляже
Время и Дж. У. Данн
Джералд Хэрд «Страдание, биология и время»
Версии одной легенды
Аналитический язык Джона Уилкинса
Конгресс
Зеркало загадок
«There Are More Things»
Флобер как образец писательского удела
Беседы с Ф. Соррентино
Соловей Джона Китса
О Честертоне
Ульрика
Буэнос-Айрес
Этнограф
Валери как символ
Ранний Уэллс
Наш бедный индивидуализм
Божественная комедия
Зеркало и маска
М. Дэвидсон «Спор о свободе воли»
Оправдание «Бувара и Пекюше»
Лесли Уэзерхед «После смерти»
Гаучо
Очередное превращение д-ра Джекила и Эдварда Хайда
Суеверная этика читателя
Отражение
Несколько слов об Уолте Уитмене
Ночь даров
Поль Груссак
Вечное состязание Ахилла и черепахи
Скромность истории
О культе книг
Отголоски одного имени
Две книги
Делатель
Уэллс и притчи
Сфера Паскаля
Беседы с А. Каррисо
Гилберт Уотерхауз «Краткая история немецкой литературы» (1943)
Сон Педро Энрикеса Уреньи
Скрытая магия в «Дон Кихоте»
Предисловие к книге «Похвала тени»
Эдвард Каснер и Джеймс Ньюмен «Математика и воображение»
О книге «The Purple Land»
Ундр
Кафка и его предшественники
Кеведо
По поводу классиков
Цветок Колриджа
Комментарий к 23 августа 1944 года
От аллегорий к романам
Допущение реальности
Киносценарии: Окраина. Рай для правоверных
Хроники Бустоса Домека
«Если», 1994 № 02
«Биатанатос»
Четыре цикла
Богословы
Евангелие от Марка
Диалог мертвых
Повествовательное искусство и магия
Доктрина циклов
Бессмертный
Заметки об Уитмене
Циклическое время
Стыд истории
Загадка Эдварда Фицджеральда
Творение и Ф.Г. Госс
Deutsches Requiem
В кругу развалин
Синие тигры
Продолжительность ада
Нить сюжета
Лики одной легенды
Желтая роза
История вечности
Три версии предательства Иуды
Фрагменты апокрифического евангелия
Секта Феникса
Чернильное зеркало
Притча о Сервантесе и Дон Кихоте
Каббала
Превращения
Эмануэль Сведенборг
Рагнарёк
Страшный сон
Натаниел Готорн
25 августа 1983 года
Дом Астерия
Переводчики «1001 ночи»
Секта тридцати
Маседонио Фернандес
Тлён, Укбар, Orbis tertius
Буддизм
Новые расследования
Тлен Укбар
Сообщение Броуди
Книга песка
Семь вечеров
Алеф
Всемирная история низости
История ангелов
Дом Астерия
Желтая роза
Юг
Кафка и его предшественники
Другой
Молитва
Гуаякиль
Книги руин
Девять эссе о Данте
Утопия усталого человека
Три версии предательства Иуды
Фрагменты апокрифического Евангелия
Сон Педро Энрикеса Уреньи
Отражение
Алеф
История вечности
Из книги 'Создатель'
Этнограф
Страсть к Буэнос-Айресу (Стихи)
Делия Элена Сан-Марко
Хаким из Мерва, красильщик в маске
25 августа 1983 года
Диск
Лотерея в Вавилоне
Argumentum ornitologium
Синие тигры
Вавилонская библиотека
Конгресс
Фунес, Помнящий
Буэнос-Айрес
Четыре цикла
Рагнарек
Чернильное зеркало
Everything and Nothing
Бессмертный
Гаучо
Медаль
Старейшая сеньора
Память Шекспира
Превращения
Делатель
Роза Парацельса
Евангелие от Марка
Притча о Сервантесе и Дон Кихоте
Мужчина из розового кафе
Тайное чудо
Нить сюжета
Богословы
Письмена бога
Предисловие к книге 'Похвала тени'
Абрамович
Книга воображаемых существ
Христос на кресте
Сад расходящихся тропок
25 августа 1983 года
Top-10
авторов книг
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я