Книги в электронном варианте скачать бесплатно. Новинки

Скачать бесплатно книги в библиотеке booksss.org

расширенный список авторов: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
A B C D E F G H I j K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Главная
Бизнес
Интернет
Юмор
Психология
Разное
Как читать скачанную книгу?

Романтик

Автор(ы):Максим Горький

Аннотация книги


aннотация отсутствует

Скачать книгу 'Романтик' Максим Горький

Скачивание книги недоступно!!!




Читать первые страницы книги

Горький Максим

Романтик

А.М.Горький

Романтик

Жил-был Фома Вараксин, столяр, двадцати пяти лет, человек весьма нелепый: череп у него - большой, с висков - сжат, а к затылку - удлинён; тяжёлый затылок оттягивал стриженую голову назад, Фома ходил по земле вздёрнув широкий нос вверх - издали казалось, что он хочет заносчиво крикнуть кому-то:

"Ну-ка, тронь, попробуй!"

Но при первом же взгляде на его расплывчатое лицо с большим ртом и глазами неопределённого цвета становилось ясно, что это идёт парень добродушный и как бы радостно смущённый чем-то.

Его товарищ Алексей Сомов, тоже столяр, сказал однажды Фоме:

- Экая у тебя рожа пустынная! Хоть бы ты себе брови наклеил, а то на всей филёнке только нос торчит, да и тот скверно вырезан!

- Действительно, - согласился Фома, пощупав пальцем верхнюю губу, красоты лица не хватает несколько мне, ну - зато Поля говорила, глаза у меня хороши!

- Не верь: это она для того, чтобы ты ей лишнюю бутылку пива поставил.

Алексей был моложе Фомы на два года, но - пять месяцев сидел в тюрьме, много прочитал разных книг, и когда не хотел, не мог или ленился понять товарища, то говорил ему:

- Это буржуазный предрассудок. Утопия. Надо знать историю культуры. Ты классовых противоречий не понимаешь.

Он ввёл Фому в кружок, где маленький, остроносый товарищ Марк, размахивая руками, похожими на птичьи лапки, скороговоркой рассказывал о рабочем движении на Западе, - Фоме сразу понравились эти рассказы, и после нескольких чтений он, прижимая руку, пропитанную лаком, ко груди, разливался:

- Это я понимаю, Алёша! Это действительно! Существует...

Сухой, ехидный Сомов, прищурив зеленоватые глаза и поджимая губы, спрашивал:

- Что - существует?

- Это самое влечение к соединению человеков - это есть! Примерно я: мне всё равно - крестный ход, пожар, гулянье - вообще ежели где народ собрался, то меня туда нестерпимо тянет! Народ! Вот тоже церковь - почему я в церковь люблю ходить? Собрание душ потому что!

- Это пройдёт с тобой! - пообещал Алексей, усмехаясь. - Когда ты усвоишь идею...

Фома ударил себя в грудь кулаком, радостно воскликнув:

Я её усвоил! Вот она, тут! Её-то я прежде всего и схватил. Теперь она для меня как божья матерь всех скорбящих радость...

- Поехал!

- Нет, погоди: приидите ко мне все труждающиеся и обременённые - так? Она?

- Да ведь это, чудак ты, евангелие!

- Ничего не значит! Она, я так понимаю, везде одна и та же. Виды разные, рисунок - разный, а образ один! Матерь любви она! Верно?

Когда Алексей сердился, его верхняя губа поднималась вверх, острый нос вздрагивал, и зелёные зрачки округлялись, точно у птицы. Сухим голосом, который на верхних нотах странно трещал, и какими-то щёлкающими словами Алексей подробно и внушительно убеждал товарища, что он - утопист, что в нём спит классовое сознание и, можно думать, не проснется оно никогда, ибо Фома воспитывался в доме священника, где мать его служила кухаркой и где ему отравили душу буржуазными предрассудками и суевериями.

- Алёш! - убедительно восклицал Фома. - Ей-богу - нисколько не отравили! Совсем наоборот! Маленький, я даже, например, не ходил в церковь. Господи - ну разве стану я тебе врать? Это уж потом вот, когда я начал читать и вообще - ну, потянуло меня к людям! Тут - не церковь, а, понимаешь, спайка душ! Идея тут! О чём разговор идёт? Братцы - постыдитесь, разве можно так жить? Разве вы зверьё? Внушение любви и совести, Алёша, вот главное, как я понимаю! Верно?

- Нет, это не верно! - Алексей, сердясь, всё больше кипел, на скулах у него являлись багровые пятна, и Фоме часто казалось, что он щёлкает его словами по носу, точно картами при игре в носки.

Фома смущённо молчал, потирая голову, порою виноватым голосом старался успокоить товарища:

- Я ведь, Алёша, понимаю! Конечно - борьба! Само собой разумеется, тут уж - держись!

Но, сбиваясь с тона, вдруг сам начинал убедительно доказывать:

- Я ведь, видишь ли, только насчёт человека: человек вообще - что такое? Разве я - долото? Ведь ежели, скажем, тобой долбить начнут, так ведь по тебе молотком стукают, - вот я насчёт чего! Человек - не инструмент, верно? И опять же: конечно - борьба! Что там говорить! Но апостольское-то, идея-то, которая всеобщая... всемирное примирение... чтобы на земле - мир и в человецех...

Иногда Алексей, замолчав, долго смотрел на товарища презрительно вытаращенными глазами и наконец говорил, точно уши обрубая Фоме:

- Нет, ты глуп! Путаная у тебя башка, - навсегда это!

Иногда же угрожал ему, холодно и внушительно:

- Вот погоди, - скоро начнём читать историю культуры - увидишь!

Фома - сокращался: непонятные слова всегда несколько угнетали его, возбуждая почтение к людям, которые говорили их, и вызывая странные образы. Утопия рисовалась ему кочковатым болотом, всё оно покрыто чахлой зарослью, и по зябким кочкам идёт, простирая руки вдаль, женщина с лицом богородицы, вся в белом и, как всегда, облечённая великой грустью матери, - идёт безмолвно, с тихими слезами на глазах. Он не однажды слышал слова "религиозный культ", и культура представлялась ему торжественным богослужением, подобным пасхальной заутрене. Постепенно ему стало казаться, что эта мудрая наука может развязать все узлы запутанных вопросов, привести в порядок все мысли, облить всю пестроту красок жизни одним ровным и горячим светом. Говорил он много, восторженно захлёбываясь словами и всегда глядя прямо в лицо собеседника мутным и точно пьяным взглядом. Каждая новая мысль, входившая в его сознание, вызывала у Фомы быстрый поток слов - он махал руками, негромко и радостно восклицая:

- Замечательно! Вот именно! Очень просто!

Сначала товарищи по кружку и мастерской слушали его внимательно, с любопытством, но скоро догадались, что Фома просто - болтун, а мрачный слесарь Егор Кашин не однажды советовал ему:

- Отрежь ты себе половину языка, пустозвон!

Но это не охлаждало Вараксина - он смотрел на всех дружелюбно и неугомонно журчал, как весенний ручей.

Когда он пришёл на первое чтение по истории культуры и увидал, что читать будет маленькая, пухлая, голубоглазая барышня, гладко причёсанная, с толстой косой, - он почувствовал печальное недоумение и всё время старался не смотреть на барышню.

Но всё-таки видел, что она конфузится, безуспешно стараясь придать детскому лицу серьёзное выражение, говорит торопливо, несвязно, а когда её спросят о чём-нибудь - лицо её вспыхивает ярким румянцем, и глаза часто, растерянно мигают. Беленькая и чистая, она возбуждала в нём чувство жалости.

"Видно - первый раз", - думал Фома, пристально разглядывая тёмную сырую стену над её головой. Его удивляло, что она говорит о молниях, тучах, закате солнца, о богатырях сказок, греческих богах, - он не мог уловить никакой связи во всём этом и, идя домой с Алексеем, жаловался ему:

- Это, Алёша, не вышло! Тут бы на такой предмет совсем другого человека надо поставить, солидного, даже - с сединой эдак бы... и голос густой... чтобы как двенадцать евангелиев читалось это!

Сомов тоже был недоволен и ворчал, сердито посапывая носом:

- Назначили... лягушонка какого-то! Очень мне нужно знать, кто такое Змей Горыныч... Нам очень хорошо известно, кто он, - ты расскажи, как его побороть...

- Лучше бы она уж прямо по этой толстенькой книжке катала! - сожалея, говорил Фома, но, скоро забыв о неудаче, он продолжал в обычном тоне благодушных мечтаний: - А хорошо, брат Алёша, что вот приходит в нашу грубую компанию эдакая маленькая личность, и - как замечательно это! пожалуйте, вот, что я знаю, не угодно ли послушать! О-очень хорошо! Так примыкая друг ко другу и...

- Повёз ерунду! - сурово остановил его Алексей.

- Почему же - ерунда? - настаивал Фома мягко и ласково. - Вот, ты говоришь - класс, а какой она, примерно, класс? Просто добренькая барышня. Совестно ей жить в окружении людей, нам подобных, и вот...

- Когда из тебя вся эта патока вытечет? - возмутился Сомов. - Какая там совесть? Необходимость - вот тебе совесть! Будь у них другое место, куда идти, - они пойдут где легче, а не к нам, не мечтай!

Фома посмотрел вдоль улицы на огненные чётки фонарей и спросил:

- Так они - поневоле, думаешь?

- Ну конечно...

- Н-да? - сказал Вараксин, дёрнув головой вверх. - Н-не верится мне однако!

- Почему?

- Что хорошего - поневоле жить? Если я - краснодеревец и к работе своей привык - мне плотничная работа просто даже обидна, - верно? А они вроде как бы брёвна тешут...

Алексей плюнул, сказав:

- И пускай потешут...

На втором чтении Фоме показалось, что в словах барышни поблёскивают какие-то интересные мысли, трогающие его сердце, и, когда она кончила, он попросил её:

- Товарищ Лиза - одолжите мне эту вашу книжку до следующего раза, можно?

- Пожалуйста, - сказала она и, видимо, чему-то очень обрадовалась.

Потом Фома шёл в город рядом с нею и всё остерегался, как бы не задеть её локтем. Поднимались в гору, с обеих сторон улицы на них смотрели тёмными окнами маленькие домишки городской окраины. Вверху улицы горел фонарь, вокруг него дрожало мутно-жёлтое пятно, сырая темнота осенней ночи была полна запахами гниющего дерева и помоев.

Фома, покашливая и стараясь выражаться изысканно, спрашивал Лизу:

- Значит, я могу верить, что в древние времена человечество говорило одним языком, - так?

- Да, арийцы, - звучал ему в ответ тихий голос.

- И - уже доказано это?

- Точно доказано.

- Чудесно! Это - замечательно! Так что все теперь разрозненные народы находились в сослужении единству жизни, стало быть, и в древности имелась одна общая всем идея - да-а...

Но слова у него туго складывались, и думал он не о древности, а о маленькой барышне, которая торопливо шла в гору на полшага впереди него и немножко левее. Сжатая тьмой, она казалась ещё меньше, чем была, Фома заметил, что каждый раз, подходя к освещённому окну, она, наклонив голову, старалась поскорее ускользнуть из полосы света.

Книгу Максим Горький Романтик скачать бесплатно,

Другие произведения авторов/автора



Том 18. Пьесы, сценарии, инсценировки 1921-1935
Том 17. Рассказы, очерки, воспоминания 1924-1936
Том 2. Рассказы, стихи 1895-1896
Том 13. Детство. В людях. Мои университеты
Том 14. Повести, рассказы, очерки 1912-1923
Жизнь Клима Самгина (Сорок лет). Повесть. Часть третья
Жизнь Клима Самгина (Сорок лет). Повесть. Часть первая
Жизнь Клима Самгина (Сорок лет). Повесть. Часть вторая
Жизнь Клима Самгина (Сорок лет). Повесть. Часть четвертая
Сказки об Италии
По Руси
Большая любовь
Птичий грех
Ярмарка в Голтве
Поль Верлен и декаденты
Музыка
Бабушкин скворец
О Викторине Арефьеве
Камо
Зрители
Дети солнца
Часы отдыха учителя Коржика
Н Ф Анненский
Герой
Ответ А А Карелину
Испытатели
Правила и изречения
Федор Дядин
Открытие (Из мемуаров современника)
Пролетарский гуманизм
Мордовка
Д А Линев (Далин) - 'Не сказки'
Пожар
Фальшивая монета
Марк Твен
Гривенник (Эпизод из жизни одного романтика)
Законник
Покойник
Женщина с голубыми глазами
Жалобы
О начинающих писателях
Заметки о мещанстве
Кладбище
Человек
В лесу
Ледоход
Васса Железнова (Мать)
Русские сказки
Еще о 'Карамазовщине'
Чужие люди
На дне
Как я первый раз услышал о Гарибальди
Мамаша Кемских
Тимка
Петербургские типы
Воробьишко
Каин и Артем
Нилушка
В ущелье
Мужик
Об одном поэте
Женщина
Неудавшийся писатель
Еще поэт
Бывшие люди
Старик (Миниатюра)
Из воспоминаний о И П Павлове
Миша
Смешное
Мещане
Третьему Краевому Съезду Советов
Девочка
Жизнь Клима Самгина (Часть 3)
Свидание
О маленькой фее и молодом чабане
Перед лицом жизни
На пароходе
Последние
О Ленине
Нищенка
Почтальон
Палач
Супруги Орловы
Заметка читателя
Одинокий
Время Короленко
Дело Артамоновых
Песня о буревестнике
Не давайте денег русскому правительству !
Максим Горький как зеркало российского предпринимательстваК 130-летию со дня рождения
Дело с застежками
Воззвание к французским рабочим
Весельчак
Город желтого дьявола
М М Коцюбинский
Быт
О С А Толстой
Старый год (Сказка)
Сомов и другие
Маркс и культура
О писателе, который зазнался
По пути на дно
Письмо Е П Пешковой
Старик
Как ее обвенчали
Зыковы
Если враг не сдается - его уничтожают
Леонид Красин
Митя Павлов
Стихотворения, Баллады, Прибаутки
Заграничные впечатления
Дети
Городок
Жизнь Матвея Кожемякина
Сирота
Из прошлого
Об Анатоле Франсе
Тронуло
Гривенник
Тюрьма
Ошибка
Скуки ради
Н А Бугров
Первый дебют
В Ф Боцяновскому
Васька Красный
Враги
Рождение человека
Дачники
Челкаш
Всем русским гражданам и общественному мнению европейских государств
Горемыка Павел
П В Басинский о Максиме Горьком
Гуманистам
Н Д Телешову
А Н Шмит
Несвоевременные мысли (LII - LXIV)
А А Блок
Вездесущее
О чиже, который лгал, и о дятле - любителе истины
На арене борьбы за правду и добро
Монархист
Кнут Гамсун
Убийцы
Песня о соколе
Из письма
Мечта
Л Троцкий о Горьком
О войне и революции
И еще о черте
Мудрец
Сергей Есенин
Два босяка
Яков Богомолов
Иван Вольнов
Старуха Изергиль
Горящее сердце
Еще о черте
Пузыри
Жизнь Клима Самгина (Часть 4)
О М М Пришвине
'Сирано Де-Бержерак'
Утро
Мать
Легкий человек
Вечер у Шамова
Вывод
Могильщик
Поэт
Товарищи
Отшельник
Предисловие к 'Ренэ' Шатобриана и 'Адольфу' Б Констана
Барышня и дурак
Калинин
Собака
О беспокойной книге
Вечер у Панашкина
Рассказы о героях
Детство
Товарищ !
О Гарине-Михайловском
Мои университеты
Несколько теплых слов
В И Ленин
На краю земли
О черте
Михаил Вилонов
Карамора
Сторож
О сказках
Леонид Андреев
Краткая хроника жизни
Стихи
Ее медовый месяц
В Г Короленко
Дора
Антифашистскому конгрессу в Чикаго
Про Иванушку-дурачка
Варвары
Письма начинающим литераторам
Светло-серое с голубым
Знахарка
Весенние мелодии
О Стасове
Дед Архип и Лёнька
Чудаки
О тараканах
Афоризмы и Максим
Письмо в редакцию
9-е января
О Бальзаке
Едут
Макар Чудра
Пастух
Зазубрина
Самара во всех отношениях
Книга
Эд Эстонье, 'Жульен Дарто'
Пожары
О Елене Новиковой
Губин
О Ромэне Роллане
Озорник
О писателях-самоучках
Люди наедине сами с собой
Письмо
О том, как я учился писать
Семен Подъячев
А С Щербакову
В степи
Коновалов
Часы
Песня о слепых
Лев Толстой
О 'Карамазовщине'
В И Ленин (Первая редакция)
Двадцать шесть и одна
Обращение к революционным писателям Китая
Вacca Железнова (второй вариант)
У Схимника
Несогласный
Вечер у Сухомяткина
Н С Лесков
Герой (2)
В А Поссе
Кирилка
В театре и цирке
Паук
Делёж
С кем вы, 'мастера культуры'
Разрушение личности
В людях (главы I-XI)
Извозчик
К итальянцам
Театральное
Кратко об М Горьком
О вреде философии
Самовар
Дело Николая Шмита
Автобиография
Достигаев и другие
Исключительный факт
Садовник
Емельян Пиляй
Н Д Красову (Некрасову)
Г А Вяткину
О евреях
Вл Гиляровский - 'Забытая тетрадь'
Жизнь ненужного человека
Савва Морозов
О синестезии у Максима Горького
Изречения и правила
Роман
Сборник афоризмов
Енблема
Читатель
Счастье
В людях
Лето
Убежал
А С Пушкин
Отработанный пар
О Сером
Случай с Евсейкой
Как сложили песню
Последний день
Страсти-мордасти
Клоун
На Чангуле
Н Е Каронин-Петропавловский
А Н Алексин
Однажды осенью
Проводник
Бабушка Акулина
Рассказы
Непоколебимо верю в победу вашу, дорогие товарищи
Учитель чистописания
О первой любви
Из воспоминаний о В Г Короленко
Ералаш
Мальва
Егор Булычов и другие
Несвоевременные мысли (XXXI-LI)
Ветеринар
По поводу чуда
Вместо послесловия
Между прочим (Мелочи, наброски и т д)
О Михайловском
Н. С. Лесков
Девушка и Смерть
О маленькой фее и молодом чабане.
Несвоевременные мысли
Детство
Дело Артамоновых
Сказка
«Испорченная кровь – тот же яд»
Вездесущее
Русские сказки
Том 21. Жизнь Клима Самгина. Часть 3
Том 5. Повести, рассказы, очерки, стихи 1900-1906
Том 20. Жизнь Клима Самгина. Часть 2
Том 22. Жизнь Клима Самгина. Часть 4
Том 4. Фома Гордеев. Очерки, рассказы 1899-1900
Том 6. Пьесы 1901-1906
Том 2. Рассказы, стихи 1895-1896
Том 11. По Руси. Рассказы 1912-1917
Том 3. Рассказы 1896-1899
Том 19. Жизнь Клима Самгина. Часть 1
Том 8. Жизнь ненужного человека. Исповедь. Лето
Том 1. Повести, рассказы, стихи 1892-1894
Старуха Изергиль
Колокол
Свадьба
Трубочист
Вор
Артист
Тоска
Гость
В Черноморье
О мальчике и девочке, которые не замёрзли
Изложение фактов и дум, от взаимодействия которых отсохли лучшие куски моего сердца
Грустная история
Хан и его сын
Отомстил
Несколько испорченных минут
Мой спутник
Несколько дней в роли редактора провинциальной газеты
Как поймали Семагу
О русском крестьянстве
На соли
Ма-аленькая!
Колюша
Месть. Параллели
Том 12. Пьесы 1908-1915
Том 10. Сказки, рассказы, очерки 1910-1917
Том 11. По Руси. Рассказы 1912-1917
Том 9. Жизнь Матвея Кожемякина
Том 25. Статьи, речи, приветствия 1929-1931
Том 16. Рассказы, повести 1922-1925
Том 1. Повести, рассказы, стихи 1892-1894
Том 7. Мать. Рассказы, очерки 1906-1907
Том 15. Рассказы, очерки, заметки 1921-1924
Том 23. Статьи 1895-1906
Том 26. Статьи, речи, приветствия 1931-1933
Том 5. Повести, рассказы, очерки, стихи 1900-1906
Том 3. Рассказы 1896-1899
Том 8. Жизнь ненужного человека. Исповедь. Лето
Том 24. Статьи, речи, приветствия 1907-1928
Том 27. Статьи, речи, приветствия 1933-1936
Два босяка
Часы отдыха учителя Коржика
Горемыка Павел
Читатель
Исключительный факт
Старый год
Однажды осенью
Гривенник
Изложение фактов и дум, от взаимодействия которых отсохли лучшие куски моего сердца
]
Открытие
Ошибка
Об одном поэте
Бабушка Акулина
Прощай!
Открытие
Нищенка
Делёж
Вывод
Неприятность
Песня о Соколе
Одинокий
Дело с застёжками
Почтальон
Тронуло
На плотах
Автобиографические рассказы
Фома Гордеев
II. СВЕТ ВО ТЬМЕ
Сказки об Италии
Разговор по душе
О чиже, который лгал, и о дятле – любителе истины
Девушка и смерть
Мещане
Макар Чудра
Дед Архип и Лёнька
Емельян Пиляй
Извозчик
Товарищи
Месть. Параллели
Старуха Изергиль
Женщина с голубыми глазами
Первый дебют
Убежал
О маленькой фее и молодом чабане
Разговор по душе
Русские сказки
Top-10
авторов книг
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я